Новости

МЫ УВАЖАЕМ ВЕНГРИЮ
(еженедельное издание «Мадьяр демократа» от 13 декабря 2017 года, автор Д.Мате)

Запад любит Россию, когда она слабая. Когда в 90-х годах экономика лежала в руинах, нас хвалили за то, что мы демократы, что у нас свобода. Потом про нас забыли, практически похоронили. Но когда в начале нового тысячелетия Москва стала громко защищать свои интересы, они с возмущением стали вопрошать: как это мы, русские, вообще смеем говорить?

Экономические и культурные отношения между Россией и Венгрией развиваются хорошо. Сейчас Москва и Будапешт находятся по одну сторону баррикад в отношении украинского закона об образовании. Как Вы оцениваете данную ситуацию?

– Москва решительно осуждает новый закон об образовании Украины, поскольку он ограничивает обучение на русском языке. В нашем случае речь идет не о языке меньшинства, а о языке большинства, поскольку не только один миллион граждан русской национальности, но и большая часть украинцев используют русский в своем ежедневном общении. Мы видим, что Венгрия, Румыния, Польша и Болгария также не согласны. Мы полностью солидарны с их позицией.

Возможны ли какие-то совместные действия?

– Это сложный вопрос, поскольку со стороны украинского руководства есть попытки выделить страны ЕС. Очевидно, будут те, кто вступит с Киевом в такое соглашение, что лишний раз подтверждает факт того, что закон направлен не на т.н. сохранение украинского языка, а на притеснение русского. Такое положение дел мы не терпели и терпеть не будем. Также, как и Венгрия, мы обращались в ООН, ОБСЕ и другие правозащитные организации. Но если быть откровенным, сложно быть уверенным в успехе.

– Москва пыталась напрямую договориться с Киевом?

– На сегодняшний день невозможно по существу говорить о российско-украинских отношениях. В Киеве даже говорят о прекращении дипломатических отношений. На Украине не только вытесняют с рынка российские товары, но и запрещают прокат российских фильмов, выступления российских театральных коллективов, артистов.

– Не только российских. Служба национальной безопасности Украины запретила въезд на территорию страны французскому актеру Ж.Депардье из-за его российских связей.

– Да, и в этих абсурдных шагах проявляются антироссийские настроения украинского руководства. Поверьте, это не связано с событиями на востоке Украины. Президент П.Порошенко и нынешняя киевская элита уже десять лет как проводят такую политику. Эти люди ведь не из ниоткуда взялись. Равно как и первый Майдан был не в 2014 г. Сегодняшние руководители уже раньше были министрами, даже премьер-министрами.

– Все ссылаются на Минские соглашения, при этом их не очень-то и соблюдают.

– Выполнение Минских соглашений не реализуется в Киеве. Сегодня в Киеве говорят, что это стратегический ход П.Порошенко, мол, выполнять их он и не планировал.

– В стане Порошенко заявляют, что самопровозглашенные республики должны передать контроль над своими территориями. Украинские военнослужащие должны охранять российский участок границы.

– Так не пойдет. В Минских соглашениях есть прописанный порядок действий, в число которых, например, входит то, что Киев сначала должен предоставить общую амнистию и широкую автономию двум областям. На это украинское руководство не идет.

– По мнению некоторых западных аналитиков, Москва со своей стороны могла бы сделать жест. Например, отказаться от полуострова Крым.

– Статус Крыма обсуждению не подлежит, народ свой выбор сделал. Здесь не о чем говорить. Это признают и наши наиболее разумные западные партнеры.

– Существует такое мнение, что Киев можно исключить из переговоров. Пусть договорятся Москва и Вашингтон.

– Это неверный подход. Киев, Луганск и Донецк должны между собой решить вопрос. Это прописано и в Минских соглашениях. Россия может быть лишь посредником, таким же, как США, Франция или Германия. Подвижки возможны только тогда, когда украинцы наконец договорятся со своими гражданами, с представителями областей восточной Украины. Это не российско-американский вопрос.

– Скажем, у В.В.Путина и Д.Трампа даже не нашлось бы времени обсудить это. Со времени вступления в должность президента США прошел уже почти год, однако до сих пор между двумя лидерами состоялось всего лишь одно короткое знакомство.

– Российско-американские отношения находятся на крайне низком уровне, и я могу с уверенностью сказать, что не по нашей вине. Из Вашингтона на нас сыплются бездоказательные и бессмысленные обвинения во вмешательстве в выборы, использовании различных хакеров. Но никаких доказательств нет! Несмотря на это, нас обкладывают санкциями. Беспрецедентным в дипломатической практике образом занимают здание генконсульства в Сан-Франциско, сотрудников российских СМИ объявляют иностранными агентами, российские телекомпании лишают аккредитации в Конгрессе.

– В ответ на это Москва приняла закон, который объявляет зарубежные СМИ иностранными агентами. Этот вопрос даже обсуждался в Брюсселе.

– Интересно, почему руководители Европейского Союза не были столь же быстры в отношении украинского закона о языке. Но это их дело. Суть в том, что российский закон не объявляет кого-либо иностранным агентом автоматически, это лишь юридическая база для ответа на ограничения со стороны США. Считаю абсолютно адекватным, что, когда одна страна ограничивает деятельность российских СМИ, мы предпринимаем соответствующие ответные шаги. Однако я вновь хочу подчеркнуть, что Россия всего лишь отвечает на провокацию США. Европейским СМИ в Москве ничего не угрожает, пока наши партнеры не ограничивают свободу слова и работу российских корреспондентов в ЕС.

– Скажем, российская пресса не стала бы хуже даже в том случае, если бы Россия сделала первый шаг. Ведь по мнению западных и венгерских либеральных СМИ Россия – империя агрессии, диктатуры и зла.

– Запад любит слабую Россия. Когда в 90-х годах экономика лежала в руинах, нас хвалили за то, что мы демократы, что у нас свобода. Потом про нас забыли, практически похоронили. Но когда в начале нового тысячелетия Москва стала громко защищать свои интересы, они с возмущением стали вопрошать: как это мы, русские, вообще смеем говорить? Почему мы не спим спокойно в своей берлоге?

– Международный олимпийский комитет вынес беспрецедентное решение, отстранив российскую сборную от участия в зимних Олимпийских играх. Российские спортсмены, не замеченные в употреблении допинга, смогут выступать под нейтральным флагом. Это значит, что в случае их победы не прозвучит российский гимн, не будет поднят флаг России. Что Вы думаете об этом?

– Думаю, ни для кого не секрет, что упомянутое Вами решение Исполкома МОК носило явно политизированный характер, было принято под воздействием вполне определенных сил, имеющих весьма опосредованное отношение к спорту высоких достижений. (МОК не доказал, что в России на государственном уровне поддерживают употребление допинга – прим. автора ). Позиция наша ясна: мы не можем согласиться с этим не основанном на реальных фактах решением, которое наносит удар не только по российским спортсменам, но и по олимпийскому движению в целом, его призванной стоять вне политики, мирной философии. Тем не менее, не намерены бойкотировать Олимпиаду, спортсмены вольны участвовать в ней под нейтральным флагом.

– Ваши оппоненты заявляют, что Россия вооружается и готовится к войне.

– Это смехотворные обвинения. НАТО выстраивает на наших границах «санитарный кордон», размещая свои ракеты от Прибалтики до Румынии. Это нельзя воспринимать спокойно. Это угроза, на которую мы, конечно, не можем отвечать разоружением. В то же самое время новая гонка вооружений ни к чему не приведёт, и мы абсолютно точно не заинтересованы в наращивании напряжения.

– В свою очередь президент Д.Трамп занимает воинственную позицию, ведь северокорейскую проблему он надеется решить именно военным путём. Согласна ли Россия с политикой применения силы?

– Это тупиковый путь. Пхеньян теперь уже не отступит при виде американских авианосцев, более того, это может лишь подтолкнуть его к непредсказуемым шагам. Санкционный путь исчерпан, дальнейшие удары наносятся уже по людям, а не по режиму. Ситуация начинает повторяться. Достаточно вспомнить Ирак: здесь также от голода могут погибнуть десятки тысяч человек. Естественно, мы осуждаем ядерную программу Северной Кореи, а также то, что она пренебрегает резолюциями Совета безопасности ООН. В то же самое время нагнетание напряжённости не является решением проблемы.

– Тогда каким может быть решение?

– Выход возможен только через переговоры. Россия и Китай предложили совместную «дорожную карту», выполнение которой позволило бы усадить Пхеньян и Соединенные штаты за стол переговоров. Для этого, однако, нужно остановить провокации с обеих сторон: Северной Корее необходимо прекратить ядерные и ракетные испытания, а американцам и южнокорейцам в свою очередь следует воздержаться от проведения военных учений вблизи госграницы. Это могло бы быть первым шагом, вероятность осуществления которого на данный момент, к сожалению, крайне мала.

– В этом отношении Сирия – явный пример успеха. Исламское государство, кажется, побеждено. Возможно ли довести до конца и политическое урегулирование?

– Большую часть террористов действительно удалось выбить из страны. Продолжаются переговоры между правительством Асада и различными повстанческими группировками. В случае готовности сторон пойти на компромисс можно будет говорить о сохранении единой Сирии.

– Даже если в стране будут одновременно находиться российские и американские военные базы?

– Вопрос размещения военных баз относиться исключительно к компетенции легитимных сирийских властей, представителем которых в настоящее время является президент Башар Асад. Возможно, это многим не нравится, но ООН, международное право признает лишь одно сирийское правительство.

– Исходя из этого, Путину и Трампу следовало бы согласовать свои действия. Предполагается ли в обозримой перспективе встреча на высшем уровне?

– Трудно ответить. Чтобы встреча состоялась, нужен период, когда бы Вашингтон не предпринимал активные действия по оказанию давления на Россию. Не мы должны сделать первый шаг.

– Существует мнение, что Д.Трамп хотел бы сблизиться, однако вынужден бороться с наследием Б.Обамы, что ограничивает его поле для маневра.

– Не мое дело оценивать гипотетическое противостояние политических сил в Вашингтоне. Россия ведет переговоры с Соединенными Штатами, а не отдельными лицами или группками людей.

– Если посмотреть в другую сторону, аналогичной политической линии вы придерживаетесь и в отношении Европейского союза? Россия более настроена вести диалог с Брюсселем или же со странами-участницами?

Одно не исключает другого. Известный факт, что мы были бы рады существованию сильного, единого Европейского союза. Союза, который представлял бы интересы независимых государств-участников, а не каких-либо других политических сил. Чтобы на решения организации не оказывалось влияние извне.

– Это совпадает с мнением венгерской дипломатии. Мы одинаково видим и миграционный вопрос?

– В России своя миграционная повестка. Миллионы приезжают к нам из среднеазиатских стран бывшего Советского Союза, как легально, так и нелегально. Мы не только видим проблемы Европы, мы понимаем и должным образом оцениваем политику венгерского правительства, которое, соблюдая международные договора, защищает собственные границы и своих граждан.

– Президент В.В.Путин уже дважды в этом году посетил с визитом Будапешт, в этой связи оппозиционная пресса считает Венгрию троянским конём Москвы. Вы действительно через нас ведёте подрывную деятельность?

– Выдумки не имеют ничего общего с реальностью. Российско-венгерские отношения базируются на национальных интересах двух стран. Мы прекрасно понимаем, что Венгрия является членом ЕС и НАТО, что определяет ориентацию страны. Однако то обстоятельство, что по НАТО у нас противоположная позиция, не препятствует выстраиванию прагматичного сотрудничества. Экономические связи, несмотря на санкции, налаживаются: товарооборот текущего года на треть может превысить показатель прошлого. Проект по модернизации АЭС «Пакш» также хорошо продвигается. Я полагаю, что ни у вас, ни у нас нет причин для жалоб.

– Таким образом будущей весной русские хакеры не будут оказывать влияние на венгерские выборы?

– На результаты выборов окажет влияние жизнь венгерских людей, а не разные сплетни и слухи. В этом деле, совершенно точно, хакеров следует искать не на Востоке. Мы уважаем Венгрию. Мы будем работать с теми, кого выберет венгерский народ.